Фамилия Шульдов — редкий случай в русском именослове, где иностранная основа получила типично русское оформление. Корень здесь — немецкое слово Schuld, которое переводится как «долг» или «вина». В немецком языке оно легло в основу фамилии Schuld (Шульд), а при переселении носителей на русскую почву к ней добавился патронимический суффикс -ов, означающий «чей?» — то есть сын или потомок человека по прозвищу Шульд.

Почему предка могли прозвать Шульдом? Тут открывается поле для версий, и самая прямая — профессиональная. В немецких землях Schuldner называли должника, но чаще Schuldmeister — это школьный учитель (буквально «мастер школы»). В разговорной речи слово могло сократиться до Schuld, и прозвище закрепилось за человеком грамотным, учителем или писарем. Другая версия, менее вероятная, но возможная: Schuld как «вина» могло стать прозвищем для человека, который искупал какую-то провинность или, наоборот, постоянно чувствовал себя виноватым. В русских говорах такое прозвище вряд ли возникло бы самостоятельно, поэтому версия с заимствованием из немецкого через контакты с колонистами или пленными — основная.

Географически фамилия тяготеет к регионам, где исторически селились немцы: Поволжье, юг Украины, Прибалтика. В России Шульдовы встречаются редко, чаще всего в городах, куда в XVIII—XIX веках приглашали мастеров и учителей из Германии. Важно отметить, что фамилия не получила широкого распространения и не породила множества однокоренных вариантов — в отличие от, скажем, Шульгина или Шульца. Это говорит о том, что носителей было немного, и фамилия не успела «размножиться» через разные диалекты.

Словообразовательно Шульдов стоит в одном ряду с такими фамилиями, как Шмидтов (от Schmidt — кузнец), Мюллеров (от Müller — мельник) или Фишеров (от Fischer — рыбак). Все они — примеры того, как немецкое ремесленное или сословное прозвище адаптировалось в русской среде через суффикс -ов, указывающий на принадлежность к роду. Если ваш предок носил фамилию Шульдов, с большой вероятностью он был потомком выходца из немецких земель, который занимался обучением грамоте или работал в конторе — Schuldmeister в российской глубинке мог быть и сельским учителем, и писарем при помещике.