Фамилия Скигин напрямую связана с прозвищем Скиг, которое давали предку по манере поведения или голосу. Основа здесь — украинский глагол «скиглити», то есть «скулить, выть», «тоскливо и грустно петь или играть». Если отбросить суффикс принадлежности -ин, который в русской традиции означает «сын такого-то» или «человек из рода такого-то», мы получаем ту самую характеристику, которая закрепилась за первым носителем.

Кого именно нарекли Скигой? Есть две житейские версии, и обе правдоподобны. Первая: так могли сказать о женщине, чаще всего вдове, которая голосила, причитала и выла по покойному мужу. Вторая: прозвище могло прилипнуть к профессиональному плачу или заунывному певцу, музыканту, чья игра или пение наводили тоску и напоминали вой. В обоих случаях прозвище не было обидным ярлыком в современном смысле — скорее, точной бытовой приметой, по которой человека узнавали в деревне.

Словообразовательная модель типична для восточнославянских фамилий: прозвище Скиг, Скига → притяжательное прилагательное «Скигин» → фамилия. Она отвечает на вопрос «чей?» и закрепляет родовую память. Интересно, что сама основа «скиг-» в чистом виде редка для русских фамилий, что делает Скигиных носителями довольно нестандартного прозвищного имени, почти не встречающегося в официальных документах Московского царства.

Часть исследователей может искать связь с диалектными словами других славянских языков, но украинское «скиглити» — самый прозрачный и логичный источник. Оно объясняет и звучание, и смысл без натяжек. Кстати, родственными по корню можно считать фамилии Скиглин, Скиглов, хотя они могли образоваться и самостоятельно, от тех же прозвищ.

Итог прост: Скигины — потомки человека, которого окружающие запомнили по жалобному, тягучему голосу, будь то плач, пение или игра. Фамилия сохранила эту бытовую деталь на столетия, и теперь она звучит скорее как отсылка к характеру, чем к профессии.