Фамилия Слохов — редкий пример того, как за простой с виду основой может скрываться спор о происхождении. Если отбросить сомнительные версии, наиболее убедительной выглядит осетинская, связывающая фамилию с древним именем Саулох. Оно распадается на два слова: «сау» — «черный» и «лох» — «лошадь». Со временем имя собственное перешло в разряд нарицательных: так на Северном Кавказе стали называть породу черномастных лошадей, которую разводили еще аланы. Значит, прозвище Слох мог получить коннозаводчик, специализировавшийся именно на этой породе, а его потомки уже стали Слоховыми.

Сама цепочка превращений выглядит естественно: Саулох со временем редуцировался до Солох, а затем и до краткого Слох. Русская фамилия образовалась по стандартной модели с суффиксом -ов, отвечающим на вопрос «чей?», то есть «сын человека по прозвищу Слох». Такая схема типична для подавляющего большинства русских фамилий, и в этом смысле Слохов ничем не отличается от Ивановых или Петровых.

Существует и альтернативная, славянская гипотеза. Она отталкивается от названия деревни Слохи в Бельском уезде Белостокской области (историческая территория нынешней Беларуси). Сам топоним, скорее всего, произошел от устаревшего диалектного слова «слоха» — ольха. Выходец из такой деревни вполне мог получить фамилию по месту жительства. Однако здесь вступает в силу простая логика словообразования: если бы предок происходил из Слохов, его потомки звались бы Слохиными, Слохинцевыми или Слохинскими. Форма Слохов с суффиксом -ов на топонимическую версию не ложится, поэтому она проигрывает осетинской.

Сами носители фамилии придерживаются знатного происхождения. Они возводят свой род к древнему осетинскому княжескому роду Сидамоновых, основатель которого в начале XVIII века отделился от князей Эристовых-Арагвских и принял прозвище Сидамонидзе. В рамках этой семейной легенды Слох — одно из прозвищ в родовой цепочке, закрепившееся за ветвью потомков. Прямых письменных подтверждений этой генеалогии в открытых источниках нет, но сама по себе она не противоречит языковой версии: осетинские имена и прозвища в среде северокавказской знати действительно бытовали.

Итоговая картина складывается такая: фамилия Слохов с высокой долей вероятности имеет осетинские корни и связана с коневодством, а не с географией или деревом. Славянская версия интересна, но лингвистически слаба. Что касается княжеского титула — это вопрос семейного предания, которое пока не подтверждено документально, но и не опровергнуто. Для рядового носителя фамилии важнее другое: его предки, судя по всему, были людьми, хорошо знавшими лошадей, что само по себе говорит о многом.