Фамилия Смоленкие — редкий случай, когда географическое название сохранилось не в стандартной форме на -ский (Смоленский), а в виде застывшего родительного падежа множественного числа. Если коротко: предок был «из Смоленких» — то есть из семьи или рода, связанного со Смоленском.

Ключевая особенность здесь — суффикс и окончание. Формы на -их, -ых (Смоленских, Смоленких) типичны для северных и сибирских говоров, а также для украинской традиции. В русской ономастике такие фамилии часто возникали в крестьянской среде, где человека записывали по двору или семье: «Иван из Смоленких» означало, что он принадлежит к клану, чьи корни из Смоленска или Смоленской земли. Со временем указательное «из Смоленких» превратилось в наследственную фамилию.

Словообразовательная модель проста: топоним Смоленск (название города, известного с IX века) → притяжательное прилагательное «смоленский» → субстантивация во множественном числе «Смоленские» → усечение до «Смоленких» (под влиянием местного произношения или канцелярской записи). В отличие от фамилии Смоленский, которая прямо указывает на выходца из города и часто встречалась у дворян и духовенства, форма Смоленкие — более демократичная, «низовая», характерная для бывших государственных или помещичьих крестьян.

Географически фамилия привязана к регионам, куда переселялись смоляне после войн и неурожаев: Смоленщина, западные уезды Тверской и Калужской губерний, а также Сибирь (куда ссылали или уходили добровольно). В современных справочниках фамилия встречается редко, что говорит о её локальном, а не массовом бытовании.

Спорных версий у фамилии почти нет: корень прозрачен. Единственное, что можно обсуждать — не могло ли исходное прозвище быть связано не с городом, а с ремеслом (смолокур, «смоленый» — тот, кто гнал смолу). Однако против этого говорит окончание -енк-: оно указывает на топонимическую основу, а не на профессиональную. Если бы предок смолил лодки, он получил бы фамилию Смолокуров или Смолянинов, а не Смоленкий.

Таким образом, носитель фамилии Смоленкие — потомок человека, которого в документах записали по месту происхождения его семьи, но в той грамматической форме, что была принята в простонародной среде. Это не «испорченный» вариант Смоленского, а самостоятельная, исторически сложившаяся форма, сохранившая живую речь XVI–XVII веков.