Фамилия Смольков происходит от личного прозвища Смолька и закрепилась в русской традиции именования по типичной модели «прозвище + суффикс -ов», то есть буквально «сын Смольки», «из рода Смольки». Основа здесь — диалектное слово «смолька», которое в олонецких говорах обозначало стрекозу, то самое насекомое, которое в других местах называли коромыслом. Прозвище, скорее всего, дали человеку ловкому и проворному — за сходство с быстрым и вертким насекомым. Так что в основе фамилии лежит не смола и не связанные с ней ремесла, а именно народная наблюдательность и меткое слово.

Интересно, что олонецкая привязка сразу сужает географию возникновения прозвища: это территория бывшей Олонецкой губернии, северо-запад России, земли вокруг Онежского озера. Там слово «смолька» в значении «стрекоза» бытовало в местных говорах, и именно оттуда, вероятно, пошла фамилия. В других регионах подобное прозвище могли бы образовать от «смолокура» или «смоловара», но в данном случае народная этимология ведет нас не к промыслу, а к характеристике человека.

Сам суффикс -ов указывает на притяжательное значение: первоначально Смольков означало «чей?» — «Смолькин сын», «принадлежащий Смольке». Такая модель — самая распространенная в русских фамилиях, она закрепилась в XV–XVII веках, когда прозвища начали передаваться по наследству и превращаться в родовые именования. Процесс этот был долгим, поэтому назвать точную дату возникновения фамилии невозможно, но сам тип образования говорит о том, что перед нами довольно старый пласт русских фамилий, сформировавшихся в среде крестьянства и посадских людей.

Встречаются и однокоренные фамилии — Смольков, Смолькин, Смольников, но у них разная семантика: Смольников, например, явно связан со смолокурением или торговлей смолой, а Смольков и Смолькин восходят к прозвищу от «смольки». Это хороший пример того, как один корень в фамилиях разводит людей по разным занятиям и разным говорам.

Несмотря на кажущуюся простоту, фамилия Смольков — живой след северорусской диалектной лексики, сохранивший в себе слово, которое сегодня почти вышло из употребления. И хотя о конкретном родоначальнике и точном месте, где он жил, сказать сложно, сам факт, что прозвище пережило века в фамилии, делает её ценным памятником народной речи и культуры.