Происхождение
Фамилия Стародонов
Фамилия Стародонов — одна из тех, где корень проступает сразу, но точное значение ускользает. Разберёмся по порядку. Основа «Стародон-» явно двусоставная: первая часть — «старо-» (от «старый»), вторая — «-дон». Суффикс «-ов» указывает на принадлежность: Стародонов — буквально «сын Стародона» или «из рода Стародона». Вопрос в том, что скрывается за прозвищем Стародон.
Самая прямая версия — географическая. Дон — крупная река, и «старый Дон» могло означать либо старое русло реки (старицу), либо селение на нём. В таком случае Стародон — человек, живший на Старом Дону, у старого русла. Подобная модель встречается у фамилий Задонский, Донской, Придонов. Однако фамилия Стародонов распространена не в придонских областях, а скорее в центральной России и Поволжье, что наводит на другую мысль.
Вторая версия — антропонимическая. «Дон» в русских говорах иногда означало не реку, а имя или прозвище. В словаре В. Даля «дон» — это «господин, хозяин» в некоторых южных диалектах (от тюркского «дон» — «господин»). Тогда Стародон — «старый господин», «старый хозяин». Прозвище могли дать уважаемому пожилому человеку, главе рода или зажиточному крестьянину. Эта версия объясняет, почему фамилия встречается далеко от Дона-реки.
Менее вероятно, но возможно, что «дон» — это сокращение от имени Донат (как Доня, Дон). Тогда Стародон — «старый Донат», то есть пожилой человек с этим именем. Однако такая модель (прилагательное + имя) редка: обычно в основе лежит прозвище, а не имя.
Словообразовательно фамилия интересна тем, что в ней нет уменьшительного суффикса: не «Стародонов» от «Стародонька», а прямо от двух корней. Это говорит о том, что прозвище было устойчивым и неласкательным. В документах XVII–XVIII веков фамилия почти не встречается — скорее всего, она оформилась поздно, в XIX веке, у крестьян или мещан, когда фамилии давали по прозвищам.
Итог: скорее всего, Стародонов — потомок человека по прозвищу Стародон, которое означало либо «живущий у старого русла Дона», либо «старый хозяин» (уважительное). География бытования (Пензенская, Тамбовская, Рязанская области) склоняет ко второй версии — прозвище по социальному статусу, а не по реке.