Фамилия Старопопова — редкий случай, когда основа читается буквально, но не торопитесь с выводами. На первый взгляд, перед нами «старый поп», однако в русской ономастике такие прямолинейные толкования часто оказываются ловушкой.

Словообразовательная модель здесь прозрачна: основа «старопоп» + суффикс -ов, указывающий на принадлежность («чей?» — Старопопов), и женское окончание -а. Но ключ к фамилии — не в буквальном возрасте священника, а в социальном контексте Древней Руси. «Старым попом» могли прозвать не пожилого батюшку, а попа, который служил при старой, упразднённой церкви или пришёл из другого прихода. В XVI–XVII веках, когда церковная администрация часто перекраивалась, таких священников выделяли особо — отсюда и прозвище, закрепившееся за их потомками.

Вторая, менее очевидная версия отсылает к географическим названиям. В некоторых регионах России, особенно на Севере и в Сибири, существовали деревни с названием Старопопово (например, в бывшей Вологодской губернии). В таких случаях фамилия могла образоваться не от прозвища, а от названия места жительства: человек из деревни Старопопово становился Старопоповым. Это объясняет, почему фамилия встречается не только в среде духовенства, но и среди крестьян и мещан.

Суффикс -ов типичен для центральных и северных областей России, что подтверждается данными переписей: основная масса Старопоповых исторически фиксировалась в Архангельской, Вологодской и Вятской губерниях. Это не фамилия аристократического круга — её носители были, скорее всего, либо потомками сельских священников, либо крестьянами, получившими фамилию по месту выхода.

Стоит отметить, что форма Старопопова (а не Старопопов) может указывать либо на женскую линию в современных документах, либо на то, что фамилия изначально бытовала в варианте без окончания -а, но в женском роде закрепилась в официальных записях. В любом случае, это не «двойная» фамилия — это обычная патронимическая или топонимическая модель, в которой «старый» означает не возраст, а предшествование во времени или статусе.