Фамилия Степырев — один из примеров, где внешне простая форма скрывает небольшую загадку. На первый взгляд, её основа — имя Степан, но при ближайшем рассмотрении выясняется, что всё не так однозначно.

Если бы фамилия образовалась напрямую от имени Степан, мы бы ожидали форму «Степанов» или «Степанин». Здесь же мы видим суффикс «-ырев», а не стандартный «-ов» или «-ев». Дело в том, что в основе лежит не само имя, а его производная форма — Степырь. В старых русских говорах, особенно в северных и центральных регионах, существовала модель образования кратких, обиходных имён: Степан превращался в Степырь, так же как Иван — в Иванырь, а Пётр — в Петрырь. Суффикс «-ырь» придавал имени оттенок просторечия, а иногда и пренебрежения, но чаще всего был просто бытовым вариантом.

Таким образом, Степырев — это буквально «сын Степыря», то есть потомок человека, которого в быту звали не Степан, а именно Степырь. Фамилия эта довольно редкая, и её география, по данным современных исследований, тяготеет к Вологодской, Костромской и Кировской областям — тем самым территориям, где диалектная форма «Степырь» была в ходу. В официальных документах XVII–XVIII веков встречаются записи крестьян и посадских людей с этим прозвищем, что указывает на недворянское, крестьянское или мещанское происхождение.

Стоит отметить, что существует и более прозаичная, но менее вероятная версия: связь с диалектным словом «степырь» — так в некоторых местах называли упрямого, несговорчивого человека или, наоборот, нерасторопного увальня. Однако лингвисты склоняются к тому, что первичным всё же было личное имя, а уже потом оно могло обрасти дополнительными смыслами. В любом случае, фамилия Степырев — живое свидетельство того, как разговорная речь и местные говоры создавали уникальные фамильные формы, не вписывающиеся в стандартные словообразовательные схемы.