Фамилия Стрюковский — редкий пример того, как прозвище, а не церковное имя, легло в основу родового именования. Её ядро — прозвище Стрюк, а суффикс -овский указывает на типичную для польских и западнорусских земель модель образования фамилий от имени отца или главы семьи. Если бы фамилия формировалась на севере или востоке Руси, мы бы скорее увидели форму Стрюков, но именно окончание -ский выдаёт географию: такие фамилии чаще встречались у шляхты и в регионах, испытавших влияние польской ономастики.

Значение прозвища Стрюк неоднозначно, и тут открывается простор для версий. Первая отсылает к диалектному слову «стрюк» — так в некоторых говорах называли невысокого, худощавого человека. Вторая связывает прозвище с костромским выражением «течь стрюком», то есть «бить ключом, струёй». Отсюда — значение «быстрый, проворный, активный»: такое прозвище могло закрепиться за человеком с живым, кипучим нравом. Третья версия предполагает, что Стрюком звали того, кто жил возле родника или ключа, — здесь прозвище приобретает уже не личностный, а топографический оттенок.

Наконец, в некоторых говорах слово «стрюк» имело иное, менее лестное значение — так называли ребёнка, родившегося вне брака. Эта версия менее распространена, но полностью отбрасывать её нельзя: прозвища нередко фиксировали обстоятельства рождения или социальный статус человека.

Словообразовательная цепочка проста: прозвище Стрюк → притяжательное прилагательное Стрюков (чей? сын Стрюка) → фамилия Стрюковский. Такая модель типична для фамилий, которые окончательно оформились в XVI–XVII веках, когда прозвище, изначально присоединённое к наследственному имени, постепенно вытесняло его и в быту, и в официальных документах. Сам носитель прозвища Стрюк вряд ли назывался Стрюковским — так могли именовать уже его детей или внуков, подчёркивая принадлежность к роду.

Стоит оговориться: фамилия Стрюковский не имеет отношения к украинскому слову «стручок» (плод бобовых), хотя внешнее сходство и провоцирует на такую ошибку. В данном случае корень — именно диалектный, севернорусский, что делает фамилию любопытным примером миграции прозвища из народной среды в дворянскую или мещанскую фамильную модель.