Происхождение
Фамилия Студенова
Фамилия Студенова (встречается также написание Студёнова) происходит от прозвища Студень. Основа здесь — нарицательное «студень», то есть застуженный говяжий отвар, любимое в русской кухне кушанье. Отсюда первая версия: прозвище могло быть профессиональным, и родоначальник Студеновых работал поваром или торговал готовой едой. Прозвища по роду занятий давали людям настойчиво, так что версия эта вполне жизнеспособна.
Но у слова «студень» есть и другой смысловой ряд, связанный с холодом. Глагол «студиться» даёт вторую версию: Студнем могли назвать вечно зябнущего человека, того, кто постоянно мёрз или кутался. Реже высказывают предположение, что прозвище отражало характер — например, холодность или равнодушие. Такая трактовка менее доказательна, но тоже имеет право на существование: прозвища часто строились на внешних впечатлениях от человека.
В исторических документах, собранных С. Б. Веселовским, встречаются близкие именования: Студеника Борисович, 1590 год, и крестьянин Филя Студяшев, 1627 год, из Белёва. Эти записи подтверждают, что корень «студ-» активно использовался в личных прозвищах в XVI–XVII веках, а значит, и прозвище Студень не было случайным или единичным. Отчества и прозвища такого типа легко превращались в фамилии: Студенов, Студеникин, Студяшев — всё это следы одной словообразовательной модели.
Суффикс -ов в фамилии указывает на притяжательное значение: Студенов буквально означает «сын Студеня». Форма Студенова — это женский вариант или, в ряде случаев, родительный падеж от мужской фамилии, что типично для русской ономастики. Фамилия не относится к числу дворянских или аристократических, скорее она возникла в крестьянской или посадской среде, где прозвища были главным способом различать людей с одинаковыми именами.
Прозвище Студень закреплялось за человеком как самое употребительное именование, а уже его дети и внуки получали фамилию по отцу. Так потомок человека по прозвищу Студень со временем стал Студеновым. Фамилия сохранила в себе память о том, каким видели предка окружающие, — то ли мастером на кухне, то ли человеком, который вечно мёрз и кутался в одежды.