Фамилия Своробович — редкий пример фамилии-загадки, где за одной основой скрываются две совершенно разные истории. Суффикс «-ович» указывает на отчество: так называли сына, внука или потомка человека по имени Свороб. Такая модель типична для белорусских, польских и украинских фамилий, и география бытования это подтверждает.

Первая версия происхождения отсылает к нарицательному «свороб» — так в старых говорах называли зуд, чесотку или сыпь. Своробом могли прозвать человека, который переболел болезнью, сопровождавшейся кожными высыпаниями. Прозвище закреплялось за ним как наиболее употребительное именование, а со временем легло в основу фамилии. Такая практика была обычной: внешние признаки или перенесённые хвори часто становились основой для прозвищ, которые затем превращались в фамилии.

Вторая версия ведёт к ихтиониму. Своробом называли рыбу отряда скорпенообразных — терпуга. Здесь срабатывает древний охранительный обычай: давая ребёнку имя рыбы (как Карп, Линь или Щука), родители словно «представляли» его природе как своего, надеясь, что к нему перейдут полезные качества этого существа. Имя-оберег должно было защитить младенца от болезней и несчастий. Так и прозвище Свороб закрепилось за человеком, а его потомки стали Своробовичами.

Какая из версий правдоподобнее? Первая выглядит более убедительной: прозвища по болезни или её последствиям встречаются в народной традиции чаще, чем охранительные «рыбные» имена. К тому же «свороб» в значении «зуд» фиксируется в диалектах шире, чем название терпуга, которое носило локальный характер. Вторая версия не лишена оснований, но остаётся скорее экзотической гипотезой.

Документальные следы фамилии ведут в Гродненскую область. В деревне Катримовщина Вороновского района родились Александр Иванович Своробович (1897) и Викентий Викентьевич Своробович (1913). Оба упоминания — начало XX века, что типично для фамилий, которые массово закреплялись за крестьянскими семьями после отмены крепостного права и в ходе паспортизации. Сам факт, что в одной небольшой деревне встречаются два носителя, говорит о том, что род там пустил корни и фамилия передавалась по мужской линии.