Фамилия Сынкова звучит ласково, почти по-домашнему, но за этим уменьшительным словом могут скрываться две совершенно разные истории. Самая простая и очевидная версия — в основе лежит прозвище Сынок, которым родители называли единственного или горячо любимого мальчика в семье. Такое именование могло закрепиться за человеком на всю жизнь, особенно если он был долгожданным или рос без братьев.

Однако есть и другая, более любопытная версия, которая уводит нас в рязанские говоры. Там словом «сынок» называли не ребенка, а... квас, пивцо или брагу второго налива. Если принять эту версию, то прозвище Сынок попадает в разряд «профессиональных» именований. Им могли наградить не просто любителя хмельного, а того, кто варил квас или брагу и, вероятно, торговал ими. Впрочем, не стоит исключать и ироничный вариант: так могли прозвать и завзятого охотника до этого напитка, который не пропускал ни одного праздника.

Какую из версий считать основной? Словообразовательная модель здесь прозрачна: к основе Сынок добавился типичный для русских фамилий суффикс -ов-, а форма Сынкова указывает на женскую линию или принадлежность семье. Фамилия довольно редкая, и если первая версия объясняет её появление почти в любой местности, то вторая привязывает к конкретному региону — Рязанщине. Поэтому, если ваши предки родом оттуда, версия о кваснике или пивоваре становится вполне правдоподобной. В любом случае, потомок человека по прозвищу Сынок со временем получил фамилию, которая сегодня звучит как Сынкова.