Фамилия Табачин образована от прозвища или личного имени, как и большинство славянских фамилий. В её основе лежит слово «табак» — так в старину называли и само растение, и процесс курения, и даже торговца этим зельем. Человек, получивший прозвище Табач, мог быть курильщиком, выращивать табак или торговать им, а возможно, и просто носил одежду, пропахшую табачным дымом, что в те времена бросалось в глаза.

Модель, по которой построена фамилия, — типичная для восточных, западных и южных славян. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Табачин буквально значит «сын Табача» или «человек из рода Табача». Такой способ образования широко представлен в ономастике: от прозвища или имени (христианского или языческого) брали основу, добавляли притяжательный суффикс, и получалось семейное именование. У восточных славян это чаще всего -ов/-ев и -ин, у западных — -ский, у южных — -ич, но логика везде одна: закрепить за потомками прозвище предка.

Интересно, что фамилия Табачин встречается реже, чем её «родственники» Табаков или Табачников. Причина в том, что суффикс -ин чаще присоединяли к основам, оканчивающимся на -а или -я, а здесь мы видим основу на твёрдый согласный. Это говорит о том, что прозвище Табач бытовало в говорах, где усечённые формы были естественны, — возможно, на юге России или в украинских землях, где слово «табач» звучало органичнее, чем в северных диалектах.

Слабая версия, которую иногда выдвигают, — связь с тюркским словом «таба» (гора, холм) или с арабским «табиб» (врач). Но она не выдерживает критики: фонетически и семантически такой переход маловероятен, а славянское происхождение от «табака» объясняет всё без натяжек. Если предок носителя фамилии жил в местности, где табак сеяли или продавали, прозвище прилипало легко и быстро становилось фамильным.

Сословной привязки у фамилии нет: Табачины могли быть и крестьянами, и мещанами, и казаками. В документах XIX века фамилия фиксируется в основном в южнорусских губерниях, но из-за переселений рассеялась по всей стране. Сегодня её можно встретить в любом регионе, от Краснодара до Сибири, что лишь подтверждает: когда-то прозвище было живым и распространённым, а не книжным и искусственным.