Фамилия Тадынкин — редкая, с затемнённой этимологией, и разбор её требует нестандартного подхода. Главная загадка — основа «тадын-», которая не встречается в списках древнерусских имён, профессий или географических названий. Искать её происхождение стоит через диалекты и тюркские заимствования.

Скорее всего, в основе фамилии лежит прозвище Тадынка. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «сын Тадынки». Само прозвище могло образоваться от диалектного глагола «тадыкать» — то есть говорить «тады» вместо «тогда». В русских говорах (особенно южнорусских и уральских) «тады» — просторечная форма. Тадынкой в насмешку могли прозвать человека с характерной манерой речи, этакого «тадыкалу». Это объясняет и редкость фамилии: прозвище по говору давали не всем, а только тем, у кого эта черта бросалась в глаза.

Вторая версия, менее вероятная, но не исключённая — тюркское происхождение. В башкирском и татарском языках есть слово «тадын» (с разными оттенками значения: «устойчивый», «крепкий» или даже как вариант имени). В таком случае фамилию могли принести в русскую среду через крещение или ассимиляцию, и суффикс -ин адаптировал её под русскую модель. Однако эта гипотеза слабее: нет устойчивого тюркского антропонима «Тадын», который бы дал прозвище.

География фамилии узкая. Тадынкины встречаются в основном в Пермском крае и на Урале. Это косвенно подтверждает диалектную версию: именно в пермских говорах фиксируется форма «тады». Фамилия могла закрепиться в среде крестьян или заводских мастеровых — сословной привязки по ней не проследить, но суффикс -ин типичен для фамилий, образованных от прозвищ в непривилегированных слоях.

Сравнение с однокоренными фамилиями (Тадыков, Тадышев) показывает, что корень «тад-» встречается, но с другими суффиксами. Тадынкин стоит особняком: его основа с суффиксом -ын- (в прозвище Тадынка) редка и придаёт фамилии оттенок прозвищной уменьшительности. Это не «сын Тады», а именно «сын Тадынки», что усиливает версию о насмешливом или ласкательном происхождении.

Если ваши предки — Тадынкины, ищите корни на Урале, в документах XVIII–XIX века. Фамилия не аристократическая, не книжная, а бытовая, живая, связанная с живой речью и местным говором.