Фамилия Танакина хранит память о прозвище дальнего предка — Танака. В основе лежит диалектный глагол «танакать», то есть «мурлыкать, напевать про себя». Так могли прозвать человека, который часто что-то тихонько напевал, — привычка, заметная окружающим, закреплялась за ним как обиходное именование и со временем легла в основу фамилии.

Словообразовательная модель проста и прозрачна: прозвище Танака плюс типичный русский суффикс принадлежности -ин. Такая модель отвечала на вопрос «чей ты будешь?» — сын Танаки, человек из семьи Танаки. Со временем форма Танакин застыла в родовом имени, а у женщин закрепилась форма Танакина. Суффикс -ин в этом случае не уменьшительный и не ласкательный, а именно притяжательный, как в фамилиях Пушкин, Гагарин или Бородин.

Глагол «танакать» — слово диалектное, книжной нормой не зафиксированное, поэтому в письменных источниках встречается редко. Это характерная черта пласта прозвищных фамилий, которые рождались не в канцеляриях, а в живой речи. Такие фамилии часто не имеют «благородной» биографии, но зато точно отражают бытовую культуру и манеру общения своих носителей.

Стоит оговориться: существует и другая, менее вероятная версия, связывающая основу с тюркскими или греческими корнями. Однако она не подкреплена ни фонетическими переходами, ни географией бытования фамилии. Версия с «танакать» выглядит убедительнее ещё и потому, что глаголы звукоподражательного характера — частая основа для прозвищ: ср. «баять» (говорить) — Баянов, «гуторить» — Гуторов.

Географически фамилия тяготеет к северорусским и поволжским говорам, где диалектная лексика сохранялась дольше и охотнее. Впрочем, документальных подтверждений узкой региональной привязки нет, и утверждать что-то определённое было бы преувеличением.

Фамилия Танакина — редкий пример того, как заурядный, казалось бы, суффикс и негромкое прозвище складываются в имя, которое до сих пор рассказывает о повадке человека, жившего несколько веков назад.