Фамилия Темершин образована от прозвища или имени Темерша, а в его основе лежит тюркский корень «тимер» — «железо». В татарском, башкирском и других тюркских языках «Тимер» — распространенное личное имя, которое давали мальчикам, желая им крепости, твердости и выносливости, как у металла. В русской среде это имя адаптировалось через огласовку «е» и добавило суффикс -ша, характерный для уменьшительно-ласкательных форм (сравните: Тимофей — Тимоша, Еремей — Ерема). Так возникло прозвище Темерша, которое затем оформилось в фамилию по модели -ин, указывающей на принадлежность: «чей?» — Темершин, то есть сын или потомок Темерши.

География фамилии тяготеет к регионам, где исторически было смешанное русско-тюркское население: Поволжье, Приуралье, южные губернии России. Встречается она и у татар, и у русских, что говорит о длительном процессе ассимиляции. В документах XVII–XVIII веков можно найти следы подобных именований у служилых людей, казаков и крестьян, живших по соседству с татарскими общинами. Например, в переписных книгах Казанского уезда упоминаются Темерши — люди, носившие это прозвище как второе, нецерковное имя.

Словообразовательная модель здесь проста и прозрачна: основа Темерш- плюс патронимический суффикс -ин. Это отличает фамилию от, скажем, Темершина (женской формы) или Темершова (с суффиксом -ов, который встречается реже, но возможен в других диалектах). Интересно, что в некоторых говорах фамилию могли записать как Темершин, хотя произносили с ударением на первый слог — Тéмершин, что подчеркивает исходное имя, а не профессию.

Версия о связи с ремеслом кузнеца или торговца железом возможна, но менее правдоподобна. Прозвище Темерша скорее всего относилось к человеку по имени, а не по занятию, так как в тюркской ономастике имена-пожелания были обычным делом. Если бы фамилия образовалась от профессии, мы бы ожидали форму вроде Темерщиков или Кузнецов, а не с суффиксом -ин.

Таким образом, Темершин — это фамилия-память о личном имени, которое говорило о силе и надежности предка. Она несет в себе следы культурного обмена между русскими и тюркскими народами, и ее носители, скорее всего, потомки тех, кто жил на границе двух миров — в Заволжье или на Урале.