Фамилия Тихоновец — яркий пример того, как географическое положение предка определило его фамилию. В основе лежит каноническое крестильное имя Тихон (от греческого «тихе» — удача, судьба). Но ключевая деталь здесь — суффикс «-овец». Это типичный восточнославянский суффикс, указывающий на выходца из определённой местности. В отличие от распространённых «-ов» или «-ин», которые означали «сын такого-то», «-овец» буквально переводится как «житель» или «уроженец». Таким образом, Тихоновец — это человек, пришедший из населённого пункта, названного в честь Тихона: например, из деревни Тихоново, Тихоновка или Тихоновичи. Таких сел на территории Беларуси, Украины и западных областей России множество.

Словообразовательная модель фамилии — патроним (по отцу) плюс топонимический суффикс. Сначала существовало прозвище «Тихоновец» для того, кто перебрался на новое место, а затем оно закрепилось как фамилия. Это ставит её в один ряд с такими фамилиями, как Ивановец, Петровец, Павловец. Интересно, что в польской и белорусской традиции аналогичные фамилии могли писаться через «-иц» (Тихоновиц), но в русском языке прижилась форма с твёрдым «-ец».

Версия о прямом происхождении от прозвища «Тихонец» (тихий человек) менее вероятна. Суффикс «-овец» здесь оказался бы лишним — для качественной характеристики человека обычно хватало «Тихоня» или «Тихонов». Поэтому надёжнее считать, что фамилия говорит о том, откуда родом основатель рода, а не о его характере.

Географически фамилия Тихоновец наиболее характерна для запада России (Псковская, Смоленская области), а также для Беларуси и Украины. Это зона, где топонимические модели с «-ец» и «-овец» особенно распространены. Встречаются и варианты написания — Тихоновец, Тихоновиц, Тихоновецкий, но все они восходят к одному корню.

Социальный состав носителей был разнообразен. Среди Тихоновцев встречались и крестьяне, переехавшие в город, и мещане, и казаки. Фамилия не указывает на дворянское происхождение, но и не говорит о низком статусе — она просто фиксирует факт переселения из одного места в другое, что было обычным делом для многих сословий.