Прозвище Титла, от которого пошла фамилия Титлина, — редкий гость в современных справочниках, и это как раз тот случай, когда за кажущейся простотой скрывается сразу два разных мира. Слово «титла» в древнерусском языке значило и «заглавие, название книги», и особый надстрочный знак, который ставили над сокращёнными словами в рукописях. Отсюда первая версия: Титлой могли прозвать человека, причастного к книжному делу, — переписчика или грамотея, который эти знаки расставлял.

Долгое время книги оставались рукописными и стоили огромных денег. Их «изготовлением» занимались в основном монахи в монастырских скрипториях, и работа эта считалась не ремеслом, а служением. Первые печатные книги на Руси появились только к концу XV века, так что за плечами у прозвища — несколько столетий рукописной традиции. Но у слова была и вторая жизнь: «титла» означала также «титул, почетное звание, именование по сану». В этом смысле прозвище могло закрепиться за человеком богатым, знатным или занимавшим видное положение — тем, кого величали по чину.

Какая версия правдоподобнее? Скорее всего, книжная. Значение «титул» в бытовой речи использовали реже, а вот прозвища по занятиям — самый частый источник русских фамилий. К тому же суффикс -ин указывает на принадлежность: Титлина — это «дочь или жена Титлы», и форма эта типична для северных и центральных русских говоров, где такие семейные прозвания образовывались напрямую от личного прозвища отца.

Интересно, что фамилия не получила распространения: в отличие от массовых Иванов или Кузнецовых, Титлины встречаются точечно, и это косвенно подтверждает её книжное происхождение. Переписчиков было немного, а монашеские прозвища вообще редко переходили в фамилии — монахи давали обет безбрачия, и потомство у них не появлялось. Значит, Титлой могли называть не самого монаха, а мирянина, работавшего при монастыре или церкви, — писца, дьячка, учителя грамоты. Так через несколько поколений прозвище Титла и закрепилось в фамилии Титлина.