Фамилия Торгонский звучит для русского уха немного непривычно — сказывается украинский след. В её основе лежит прозвище Торгон, а сама фамилия отвечает на вопрос «чей?»: потомок того самого Торгона. Образована она по типичной модели с суффиксом -ский, который чаще встречался в польской и украинской традициях, нежели в великорусских землях, где предпочитали простые -ов и -ин.

Смысл прозвища раскрывает украинский глагол «торгонути» — шевелить, дергать, тормошить. Слово это передаёт резкое, порывистое движение. Логично предположить, что Торгоном в народе называли непоседливого, вертлявого человека, который не мог усидеть на месте и всё норовил потрогать руками, дёрнуть, проверить на прочность. Ономастика знает немало подобных примеров, когда поведенческая черта становилась главным идентификатором человека в общине.

Прозвище Торгон, данное, вероятно, ещё в юности, со временем прижилось и в быту, и в документах. Оно настолько вытеснило крестильное имя, что закрепилось за детьми и внуками как наследственное. Так и получилось: сначала был Торгон, а его потомки стали Торгонскими — то есть «из рода Торгона».

В отличие от фамилий, образованных от имён или профессий, прозвищные фамилии часто несут отпечаток личной характеристики конкретного человека. Торгонский — это не указание на ремесло и не географическая привязка, а портрет предка: живого, подвижного, возможно, слегка суетливого. Подобные фамилии редко встречаются в старинных боярских списках, зато типичны для казачьих и крестьянских родов Украины и юга России, где прозвища были особенно живучи.