Фамилия Цедилин — редкий пример того, как прозвище, связанное с бытовым ремеслом или питейным делом, закрепилось в родовом имени. В её основе лежит прозвище Цедиля, которое образовалось от глагола «цедить». В словаре Владимира Даля это слово трактуется как «наливать через узкое отверстие», например, квас или пиво. Уже отсюда видна первая, самая вероятная версия происхождения: Цедилей могли прозвать хозяина кабака или таверны, человека, который разливал напитки и вёл торговлю. Такие «профессиональные» прозвища на Руси были распространены — они указывали на род занятий и передавались потомкам.

Вторая версия отсылает к нарицательному «цедило» — так называли сито, воронку или холст для процеживания. В этом случае прозвище Цедиля мог носить мастер, изготавливавший цедила и продававший их. Обе гипотезы не противоречат друг другу: и кабатчик, и ремесленник имели дело с одним и тем же действием — процеживанием, фильтрацией. Выбрать одну из них сложно, но первая выглядит правдоподобнее: прозвища, данные по роду занятий, чаще связаны с заметной на селе фигурой, какой был содержатель питейного заведения.

Модель образования фамилии проста и типична для славянской традиции. К основе Цедиля добавился притяжательный суффикс -ин, который указывает на принадлежность: Цедилин — значит «сын Цедили», «из семьи Цедили». Такой способ формирования фамилий был особенно распространён в северных и центральных русских землях, где отчество от прозвища часто становилось наследственным уже в XV–XVII веках.

Интересно, что фамилия сохранила исходное «и» в корне, тогда как в разговорной речи глагол «цедить» часто произносился с «е» — «цедилить». Это говорит о том, что прозвище зафиксировали в письменных источниках достаточно рано, до того как произношение успело измениться. Однокоренных фамилий у Цедилиных немного: встречаются Цедильников, Цедилкин, но все они восходят к тому же глаголу или названию предмета.

Точное время и место возникновения фамилии Цедилин неизвестно. Как и у большинства крестьянских фамилий, её закрепление шло постепенно, через отчества, и могло происходить в разных губерниях независимо друг от друга. Окончательно проследить родословную можно только по архивным документам — ревизским сказкам, метрическим книгам или писцовым записям. Сама фамилия при этом остаётся ярким памятником народной культуры: она сохранила память о занятии, которое в старину было на виду у всей округи, будь то хлопоты у бочки с квасом или работа за верстаком мастера-цедильщика.