Фамилия Цигаркин — один из тех случаев, когда внешне простая основа скрывает неочевидную историю. На первый взгляд, корень «цигарк-» прямо указывает на папиросу или самокрутку. Однако в русской ономастике прозвища, данные «по куреву», встречаются, но крайне редко и почти всегда имеют уничижительный оттенок. Вероятнее всего, прозвище Цигарка могли дать заядлому курильщику, причем не в назидание, а как бытовую, нейтральную характеристику — «цигарка» в XIX веке была словом просторечным, обозначавшим скрученную вручную папиросу. Мужчина, который не расставался с самокруткой, легко получал такое прозвище в деревне или рабочей среде.

Но есть и другая, более весомая версия. Суффикс -ин в фамилии Цигаркин указывает на принадлежность: «чей?» — Цигаркин, то есть сын Цигарки. Однако само слово «цигарка» могло быть не прозвищем, а фамильным именем, образованным от названия профессии или места. В южнорусских и украинских говорах «цигарка» иногда означала не только папиросу, но и нечто скрученное, свёрнутое — например, жгут из соломы или тряпки. Мастер, который делал такие жгуты (для растопки, для упаковки), мог получить прозвище Цигарка. Эта версия объясняет, почему фамилия не стала массовой: профессия была редкой и узкой.

Словообразовательная модель проста: основа «цигарк-» плюс типичный русский патронимический суффикс -ин. Фамилия не имеет дворянского или книжного происхождения — она явно крестьянская или мещанская. В дореволюционных переписях Цигаркины встречаются в основном в центральных и южных губерниях России, особенно в Тамбовской, Рязанской и Воронежской областях. Там же фиксируются однокоренные фамилии — Цигарёв, Цигаркин, Цигаров, что подтверждает народный, а не искусственный характер образования.

Интересная деталь: в отличие от фамилий на -ов/-ев, которые могли принадлежать и крестьянам, и дворянам, фамилии на -ин чаще закреплялись за непривилегированными слоями. Цигаркин — типичный пример такой фамилии, где прозвище отца стало родовым именем без всякой претензии на знатность. Сегодня эта фамилия редкая, но не исчезающая: её носители живут в России, на Украине и в странах бывшего СССР, сохраняя память о предке, которого когда-то назвали за привычку или ремесло.