Фамилия Турлыгин — одна из тех, что сразу выдают свою северную или восточную прописку. В ней нет ни следа дворянских притязаний, зато есть крепкая бытовая основа, характерная для русского северо-востока и Поволжья.

Словообразовательная модель здесь классическая: суффикс -ин указывает на принадлежность. Турлыгин — значит «сын Турлыги» или «человек из дома Турлыги». Основа же — прозвище Турлыга. В говорах Вятской, Пермской и Архангельской губерний «турлыгать» означало «шататься без дела», «слоняться», «бродить». Соответственно, Турлыгой могли прозвать непоседливого человека, бродягу или того, кто часто менял место жительства. В ономастике такие прозвища называют «поведенческими» — они давались по заметной черте характера или привычке.

Есть и вторая, менее вероятная версия, но её стоит упомянуть ради полноты. В некоторых диалектах «турлыга» могло быть вариантом слова «турлук» — так называли плетень или лёгкую постройку из хвороста и глины. Тогда прозвище могло относиться к строителю, но это уже догадка, а не устоявшееся чтение.

Географически фамилия Турлыгин почти не встречается за пределами старой Вятской губернии (современные Кировская область и Удмуртия) и соседних районов Пермского края. Это характерный признак локальной фамилии, не вышедшей за пределы своего «гнезда» до отмены крепостного права. В XIX веке носители фамилии в подавляющем большинстве были государственными крестьянами — то есть лично свободными, но привязанными к земле.

Интересная деталь: фамилия Турлыгин не встречается в списках московского дворянства, купечества или духовенства. Она осталась в крестьянской среде, и это делает её ценным маркером для генеалогического поиска: если ваши предки — Турлыгины, ищите их в метрических книгах и ревизских сказках именно северо-восточных уездов России.