Фамилия Тютелев образована от личного прозвища Тютель и относится к распространенному типу русских фамилий на -ев. Суффикс -ев указывает на патронимическую модель: так называли сына, внука или потомка человека по прозвищу. Разница между окончаниями -ов и -ев в русской традиции часто зависела от твердости или мягкости конечного согласного основы, и здесь мягкий «ль» дал именно форму Тютелев, а не Тютюлев или Тютин.

Само прозвище Тютель, вероятнее всего, восходит к диалектному слову «тютя» — «увалень, неряха, замарашка». В этом случае основатель рода получил имя за неопрятность или медлительность, и фамилия несла бытовую, ироничную характеристику человека. Однако есть и вторая версия, не менее любопытная: прозвище могли связать с украинским глаголом «тютюкати», который означал «говорить, кричать „тю“» — возглас удивления, недовольства или насмешки. Тот же глагол использовали, когда прогоняли скотину или вспугивали зверя на охоте, а также в значении «осуждать».

Если принять вторую версию, прозвище Тютель указывало не на внешность, а на манеру речи или поведения: человек мог часто цокать, выражать недовольство или работать загонщиком на охоте. Обе гипотезы имеют право на существование, но первая — через «тютю» как неряху — выглядит более органичной для северных и центральных русских говоров, где слово бытовало шире. Украинское влияние на прозвище менее вероятно, но полностью исключать его нельзя: фамилия могла возникнуть на южнорусских территориях, где диалекты соприкасались с украинскими.

Потомок человека, обладающего прозвищем Тютель, со временем получил фамилию Тютелев. О точном месте и времени возникновения фамилии говорить сложно, поскольку процесс формирования русских фамилий растянулся на несколько столетий, с XV по XVII век, и шел неравномерно в разных сословиях. Сначала патронимы закрепились у знати и купечества, позже — у крестьян, нередко только после отмены крепостного права. Поэтому Тютелевы могли появиться и в среде служилых людей, и среди крестьянства.

Фамилия сохраняет память о живом прозвищном слове, которое почти исчезло из современного языка, но продолжает звучать в родовом имени. Это делает ее ценным памятником славянской письменности и культуры, а для носителей фамилии — связующей нитью с предком, чей характер или привычки дали начало целому роду.