Фамилия Ванярхин — редкий случай, когда географическая привязка в основе оказывается надёжнее, чем попытки вывести прозвище из нарицательного слова. Её ядро — топоним Ванярха, название реки на севере Красноярского края, правого притока Енисея. Река небольшая, но её имя закрепилось и в фамилии, и в названии посёлка Ванярха, что стоит в устье. Носители фамилии Ванярхин, скорее всего, ведут род из тех мест: из Эвенкийского района или с Нижней Тунгуски. Модель образования проста: основа Ванярх- плюс типичный русский суффикс принадлежности -ин, то есть «сын человека, связанного с Ванярхой». Первым носителем мог быть крестьянин или охотник, чей род был приписан к этому становищу, либо человек, получивший прозвище по месту жительства.

Менее убедительна, но всё же встречается версия, связывающая фамилию с коми-пермяцким или удмуртским словом «вань» — «маленький», «младший». Если принять эту гипотезу, то «ванярхин» могло означать «сын Ванярха», где Ванярх — личное имя или прозвище вроде «Малыш». Однако против этого говорит отсутствие у восточно-финских народов устойчивой модели фамилий на -ин с такой основой. Гораздо вероятнее, что фамилия — не привозная, а местная, сибирская, и её корень — именно в названии реки, а не в нарицательном слове.

Суффикс -ин в фамилии Ванярхин работает без изысков: он указывает на прямое родство или принадлежность. В отличие от фамилий на -ов/-ев, которые образуются от существительных мужского рода с твёрдой основой, -ин крепится к основам на -а/-я. Ванярха даёт Ванярхин, как Москва — Москвин, а река Кеть — Кетин. Никакой дополнительной социальной окраски у этого суффикса нет — он одинаково часто встречался и у крестьян, и у мещан, и у дворян.

Интересно, что фамилия почти не вышла за пределы Красноярского края. В переписях и телефонных справочниках Ванярхины компактно живут в Эвенкии и соседних районах. Это делает её хорошим маркером для генеалогического поиска: если человек с такой фамилией родился в Сибири, его предки с высокой вероятностью были старожилами тех мест, возможно — потомками русских поселенцев XVII–XVIII веков, обосновавшихся на Нижней Тунгуске. Других версий происхождения, которые стоили бы серьёзного разбора, у фамилии нет: ни тюркских, ни финно-угорских параллелей, кроме слабой гипотезы про «вань», не прослеживается.