Фамилия Вертинов — один из тех случаев, когда внешняя простота обманчива. На первый взгляд, основа «верт-» намекает на движение, вращение, но при этимологическом разборе выясняется, что корень здесь не столько глагольный, сколько прозвищный.

Словообразовательная модель типична для русских фамилий: суффикс -ов указывает на принадлежность («чей?» — Вертинов). Основа же, скорее всего, восходит к прозвищу Верти́н. Такое прозвище могли дать человеку непоседливому, вертлявому, тому, кто «вертится как юла». В говорах слово «вертень» означало не только юлу, но и непоседу, егозу. Отсюда же и фамилии Вертков, Вертячих, Вертунов.

Однако есть и менее очевидная версия. В некоторых русских диалектах «верти́н» — это не человек, а растение, чаще всего тот же вереск или можжевельник. Тогда фамилия могла возникнуть как «растительная» — по месту жительства или роду занятий. Но эта гипотеза менее убедительна: прозвищ от названий растений обычно образуется меньше, чем от черт характера.

Интересная деталь: фамилия Вертинов встречается в основном в центральных и южнорусских регионах, но не массово. Это говорит о том, что прозвище было редким, локальным. В списках однодворцев и крестьян XVII–XVIII веков такие фамилии на -ов фиксируются как «простые», без дворянского оттенка. Вероятнее всего, предок носителя фамилии был крестьянином или посадским человеком, которого в округе знали как Вертина — верткого, быстрого, может, даже беспокойного соседа.