Фамилия Ветрогонова — женская форма от Ветрогонов, и в её основе лежит яркое и немного насмешливое прозвище Ветрогон. В русских говорах так называли человека легкомысленного, непостоянного, «с ветром в голове» — того, кто не держит слова, живёт одним днём. Слово составное: «ветер» и «гнать», то есть буквально «гоняющийся за ветром», пустой и ненадёжный человек. Такие прозвища давали не столько со зла, сколько с долей иронии, и они легко закреплялись в качестве фамилий — особенно в среде, где ценили основательность и хозяйственность.

Модель образования типична для русских фамилий: основа Ветрогон плюс патронимический суффикс -ов, указывающий на принадлежность («чей?» — сын Ветрогона). Суффикс -ов в данном случае не несёт дополнительной смысловой нагрузки, а лишь оформляет фамилию по самой распространённой в России модели. Интересно, что фамилия сохранила первоначальное «о» в корне, хотя в разговорной речи могло бы появиться «а» (Ветряногон) — это говорит о том, что прозвище было записано в документах достаточно рано и фонетически не успело измениться.

Встречается Ветрогонова преимущественно в центральных и северных областях России — в Вологодской, Костромской, Архангельской губерниях. Там же фиксируются однокоренные фамилии: Ветрогонов, Ветрогонский, Ветров. Ветрогоновы не принадлежали к дворянству — это фамилия крестьянская или мещанская. В документах XIX века можно найти упоминания о крестьянах Ветрогоновых из Ярославской губернии, где прозвище, судя по всему, было особенно распространено.

Спорных версий происхождения практически нет. Соблазнительно связать фамилию с неким ремеслом — например, с профессией «ветрогон» как человек, работающий с ветряными мельницами, — но прямых доказательств такому значению нет. Словари русских говоров (в частности, ярославские и вологодские сборники) чётко фиксируют «ветрогон» именно как прозвище по характеру. Поэтому наиболее правдоподобное объяснение — личное качество, а не род занятий.

Если вы носите фамилию Ветрогонова, то ваш предок, скорее всего, был человеком живым и не слишком озабоченным завтрашним днём — по крайней мере, таким его видели окружающие. Фамилия не редкая, но и не массовая: по открытым данным, в России её носят около двух-трёх тысяч человек, и чаще всего в тех же областях, где она возникла.