Фамилия Волхонов звучит древнее многих других, и в этом есть доля истины. Её основа — слово «волхв», которое в дохристианской Руси означало жреца, кудесника, мудреца, знающего тайны природы и умеющего предсказывать. В народной памяти волхвы — это не просто колдуны, а хранители языческих традиций, с которыми после крещения Руси боролась церковь. Фамилия образована по стандартной патронимической модели: от прозвища или мирского имени Волхв через притяжательное прилагательное (чей? — Волхонов) — то есть «сын Волхва».

Стоит отметить, что в русском языке слово «волхв» в XVI–XVII веках уже воспринималось как устаревшее, но в качестве прозвища могло сохраняться в глухих деревнях. Прямых доказательств, что предки носителя фамилии действительно были жрецами, нет: прозвище могли дать за необычные знания, ворчливый нрав, любовь к травам или просто за то, что человек держался особняком. Интересна и альтернативная версия: корень «волх-» мог быть связан с диалектным глаголом «волховать» — ворожить, заговаривать. Тогда Волхонов — потомок знахаря или ведуна.

С точки зрения географии фамилия редкая и тяготеет к северным и центральным регионам России, где языческие пережитки держались дольше. Суффикс -ов указывает на великорусское происхождение, а не на украинское или белорусское (там чаще встретили бы Волхоненко или Волхонович). Написание с «о» после «х» устойчиво, хотя в старых документах могло встречаться и Волхоннов, с удвоенной «н» — это типичная ошибка писцов, привыкших к суффиксу -ин.

В отличие от фамилий Волхов или Волховской, которые могут указывать на географическое название реки Волхов, Волхонов однозначно отсылает к человеку, а не к месту. Это редкий случай, когда фамилия сохранила память о дохристианском духовном сословии, пусть и в бытовом, прозвищном ключе. Если ваш предок носил её, он жил не в городе, а в сельской глубинке, и, скорее всего, был крестьянином или ремесленником, а не дворянином — в боярских списках Волхоновы не встречаются.