Фамилия Волосистовы (в мужском варианте — Волосистов) образована от прозвища, а не от крестильного имени. Основа — прилагательное «волосистый». В старину так могли назвать человека с заметной, бросающейся в глаза шевелюрой: длинными, густыми или очень красивыми волосами. Но здесь работает и обратная, ироническая логика: прозвище Волосистый нередко давали лысому или лысеющему мужчине — по контрасту, чтобы подчеркнуть отсутствие того, что заявлено в корне. Подобная модель («говорящее» прозвище наоборот) встречается в русской антропонимии, хотя и реже, чем прямые описания.

Словообразовательная модель типична для русских фамилий: основа на твёрдый согласный (Волосист-) плюс суффикс -ов. Форма Волосистов — это притяжательное прилагательное, отвечавшее на вопрос «чей?»: сын Волосистого. В быту прозвище закрепилось за главой семьи, а затем перешло в официальную фамилию, которая уже не склонялась по смыслу, а писалась единообразно.

Корень «волос» в прозвище мог нести и дополнительный, магический оттенок. В славянской народной традиции волосы считались вместилищем жизненной силы и двойником человека; отрезанные пряди использовали в обрядах и гаданиях. Прозвище Волосистый, таким образом, могло подчёркивать не только внешность, но и особую, «сильную» природу его обладателя — хотя прямых письменных подтверждений этому по фамилии Волосистов нет, и версия остаётся гипотетической.

Точное место возникновения фамилии неизвестно. Фамилии на -ов в центральных и северных губерниях России массово оформлялись в XVI–XVII веках, но прозвище Волосистый могло возникнуть и раньше. В современных справочниках фамилия встречается нечасто, что говорит о её относительно локальном бытовании или малочисленности рода. Сравните с однокоренными, но более распространёнными Волосовыми (от имени Волос/Влас) или Волосатовыми (от «волосатый»): Волосистов стоит особняком именно из-за суффикса -ист-, который в прозвищах встречается реже, чем -ат-.

Несмотря на скудость документальных свидетельств, фамилия Волосистов — яркий пример того, как русская фамилия может запечатлеть внешность, народную иронию и, возможно, древние верования в одной словообразовательной конструкции.