Фамилия Воровщиков — один из тех редких случаев, когда прозвище, лёгшее в основу, звучит почти как уголовная статья. Но спешить с выводами не стоит: перед нами фамилия, образованная от прозвища, которое в прошлом могло означать вовсе не то, что приходит на ум сейчас.

Разбираем словообразовательную модель. Основа — «воровщик». Суффикс -ов- указывает на принадлежность: Воровщиков — буквально «сын Воровщика» или «из семьи Воровщиковых». Само слово «воровщик» в русских говорах — не обязательно вор в современном смысле. В диалектах, особенно северных и сибирских, «воровщик» могло означать «плут, обманщик, хитрец», но также и «мелкий воришка, промысловик, промышляющий нечестно». Однако есть и другая, более нейтральная версия: в некоторых местностях «воровщиной» называли не только кражу, но и любое добытое с риском добро, а «воровщик» — человека, промышляющего таким способом. То есть прозвище могло быть не столько клеймом, сколько характеристикой образа жизни или даже бравадой.

Географически фамилия редкая. Встречается в основном в центральной России и на Урале, где были развиты промыслы и отхожие ремесла. В дореволюционных переписях носители фамилии — чаще крестьяне и мещане, что косвенно подтверждает «ремесленную» версию происхождения. Воровщиковым могли прозвать не вора-рецидивиста, а, скажем, ловкого торговца или человека, умевшего «достать» дефицитный товар.

Сравните с однокоренными фамилиями: Воров, Воровиков, Воровкин, Воровской. У них схожая семантика, но суффикс -щик- в основе «Воровщиков» — редкий и более конкретный. Он указывает на род деятельности или постоянное занятие, а не на единичный поступок. Поэтому версия с прозвищем по промыслу (пусть и не всегда честному) выглядит убедительнее, чем прямая криминальная этимология.

В итоге: фамилия Воровщиков могла возникнуть как прозвище человека хитрого, ловкого или промышляющего сомнительными делами, но в рамках крестьянского или мещанского быта. Сегодня она звучит необычно и даже провокационно, но для своего времени была лишь бытовой характеристикой.