Фамилия Земленой — одна из тех, в которых слышится прямая связь с землёй, но природа этой связи не столь очевидна, как кажется на первый взгляд. В отличие от более распространённых Земляных, Землянских или Земледельцев, форма Земленой встречается редко и сразу привлекает внимание своим окончанием.

Словообразовательный разбор здесь ключевой. Фамилия образована от прилагательного «земленой» — устаревшей или диалектной формы слова «земляной». В русских говорах, особенно в южных и центральных регионах, прилагательные с суффиксом -ен- (-ян-) могли звучать как «земленой», «деревяной», «серебряной» вместо литературных «земляной», «деревянный», «серебряный». Таким образом, основа фамилии — «землен-», а окончание «-ой» (в мужском роде) указывает на то, что это полное прилагательное, перешедшее в разряд фамилий. По этой модели образованы, например, Толстой, Благой или Кривой.

Что означало прозвище Земленой? Самый прямой вариант — прозвище человека, тесно связанного с землёй: земледельца, пахаря или того, кто жил в землянке. Однако не стоит исключать ироничный подтекст: в крестьянской среде «земляным» могли прозвать человека, постоянно испачканного в грязи, работающего в поле, — прозвище бытовое, без обидного оттенка, скорее описательное. В некоторых говорах «земленой» могло означать «приземистый», «коренастый», то есть характеристика внешности.

Фамилия Земленой — редкая. Она не попала в массовые списки дворянских или купеческих родов, её носители, скорее всего, были крестьянами или однодворцами. Географически фамилия тяготеет к южнорусским областям (Курская, Воронежская, Тамбовская губернии), где диалектная форма «земленой» была в ходу. Встречается также вариант написания через «я» — Земляной, но Земленой сохраняет архаичное произношение.

Интересно, что в отличие от фамилий на -ов/-ев (Земляков, Землянцев), которые указывают на принадлежность («чей сын?»), форма на -ой (Земленой) — это прямое прозвище, перешедшее в фамилию без дополнительного суффикса. Такие фамилии часто старше по происхождению и могли закрепиться ещё в XV–XVI веках, когда прозвища давали по самому заметному признаку человека.