Фамилия Зезюлькины — один из тех редких случаев, когда прозвище, лёгшее в основу, не утратило связи с живым диалектным словом. В южнорусских и украинских говорах «зезюля» — это кукушка. Отсюда и прозвище Зезюлька, которое могли дать человеку по двум совершенно разным причинам.

Первое и самое очевидное объяснение — говорливость. Кукушка не замолкает, её слышно издалека, поэтому «зезюлей» в народе дразнили болтунов и крикунов. Второе — охранительное имя-оберег. В древности родители намеренно называли ребёнка «птичьим» именем (Зезюлька, Соловей, Воробей), чтобы природа приняла его за своего и даровала ему жизненную силу. В случае с кукушкой этот оберег был двойственным: с одной стороны, птица считалась вещей и связанной с загробным миром, с другой — её почитали как предвестницу весны.

Словообразовательная модель здесь прозрачна: основа Зезюльк- плюс типичный русский суффикс принадлежности -ин, указывающий на прямую связь с конкретным человеком. Фамилия Зезюлькин буквально означает «чей?» — сын, внук или потомок Зезюльки. Суффикс -ин характерен для фамилий, образованных от прозвищ или имён, оканчивающихся на -а/-я, и встречается в центральных и северных областях России.

В народных поверьях кукушка — фигура трагическая и опасная. Её считали вдовой, которая либо утопила мужа, либо «сжила его со свету» и спрятала под мост. Отсюда поверье, что у кукушки нет пары, а спаривается она с удодом, вороном или даже петухом. Кукование вблизи дома сулило неурожай, на крыше — смерть или пожар. Если весной кукушка куковала тебе в глаза — к слезам, в спину — к смерти. Поэтому прозвище Зезюлька могло нести и оттенок недоброй славы: так могли прозвать вдовца, плаксивую женщину или человека, которого сторонились как «чёрного» вещуна.

Географически фамилия Зезюлькин встречается в основном на юге России — в Ростовской, Волгоградской областях, а также на Украине, где слово «зозуля» (кукушка) — общеупотребительное. Именно южнорусские говоры сохранили форму «зезюля» с начальным «з», тогда как в литературном языке закрепилась «кукушка» с другим корнем.

Фамилия могла писаться и как Зезюлькин, и как Зизюлькин — через «и» в первом слоге, что связано с аканьем (произношением «и» вместо «е» в безударной позиции). В документах XIX века встречаются оба варианта, что нередко затрудняет поиск предков: одна и та же семья в разных ревизских сказках могла записываться по-разному.

В отличие от многих «птичьих» фамилий (Соколов, Орлов, Лебедев), Зезюлькин — не дворянская и не боярская. Она почти наверняка крестьянская или мещанская, поскольку в основе лежит не книжное, а диалектное, народное слово. Это делает её особенно ценной для тех, кто изучает историю своей семьи: она привязана не к столицам, а к конкретному говору, местности и укладу жизни.