Фамилия Жабаков — наглядный пример того, как прозвище, данное человеку, закрепилось в родовом имени. В её основе лежит слово «жабак» — так в южнорусских и украинских говорах называли лягушку. Это не оскорбление, а скорее меткое бытовое прозвище: жабаками дразнили обладателей большого рта, выпуклых глаз или тех, кто, скажем, любил сидеть у воды. Впрочем, у прозвища мог быть и другой, более конкретный смысл.

В некоторых диалектах «жабаком» называли не только земноводное, но и человека с осипшим, «жабьим» голосом. А в ремесленной среде так могли прозвать того, кто занимался ловлей лягушек или их продажей — например, для аптекарских нужд или в качестве наживки. Версия с голосом кажется самой правдоподобной: прозвища по физическим особенностям давали чаще, чем по профессии.

Модель образования фамилии проста и типична для русской ономастики: суффикс -ов присоединился к основе «Жабак», указав на принадлежность — «сын Жабака». Такая схема была основной для крестьян и мещан Центральной России и Поволжья. Стоит обратить внимание, что фамилия Жабаков не имеет отношения к фамилии Жабин — та образована напрямую от «жаба», а здесь промежуточное звено «жабак» с суффиксом -ак, который вносил оттенок просторечности или уменьшительности.

Встречается фамилия в основном в южных регионах России — Ростовской, Волгоградской областях, а также в Краснодарском крае, что подтверждает её диалектное происхождение. Встречается и вариант Жабак, без фамильного суффикса — он мог остаться у украинских или белорусских носителей, где патронимическая модель на -ов менее распространена.

Таким образом, предки современных Жабаковых — это, скорее всего, крестьяне из чернозёмной полосы, получившие прозвище за внешность или голос. Никакой связи с животным миром, кроме лингвистической, тут нет: прозвище не говорит о профессии или характере, а лишь о том, как человека воспринимали окружающие.