Фамилия Жегун — яркий пример того, как прозвище, данное по действию или занятию, закрепилось в родовом имени. В её основе лежит глагол «жечь», а суффикс -ун характерен для русских прозвищ, обозначающих деятеля: говорун, крикун, бегун. Жегуном в народе могли назвать человека, который постоянно жёг что-либо: угольщика, выжигающего древесный уголь, или того, кто работал на смолокурне. Вторая, не менее вероятная версия, — прозвище подпала, истопника или человека, ответственного за поддержание огня в кузнице или бане.

Словообразовательная модель фамилии указывает на её древность. В отличие от фамилий на -ов/-ев, которые часто образовывались от отчества, фамилии на -ун фиксировали личную характеристику самого первого носителя. Такие прозвища бытовали в основном в северных и центральных говорах Руси, где были распространены промыслы, связанные с огнём: выжигание угля для кузниц, смолокурение, а также подсечное земледелие, при котором выжигали лес под пашню.

Интересно, что фамилия Жегун не имеет отношения к украинской или белорусской традиции, где «жегун» могло означать «житель местности Жегуны» или быть формой от имени Жегло. В русском контексте это чисто прозвищная фамилия, и её географическое ядро — Тверская, Новгородская и Псковская области. Там и сегодня можно встретить носителей этой фамилии, что подтверждает её связь с местными ремёслами.

Сословного барьера у фамилии не было: Жегунами могли называть и крестьянина, занимавшегося выжиганием угля, и свободного ремесленника. В документах XVI–XVII веков встречаются упоминания крестьян с таким прозвищем, но массовое закрепление фамилии произошло уже после отмены крепостного права, когда бывшие помещичьи крестьяне получали паспорта с фамилией, записанной по прозвищу их предка.

Таким образом, Жегун — фамилия-профессия, которая рассказывает о человеке, чья жизнь была связана с огнём и жаром. Она редкая, но очень точная: в ней слышится не просто действие, а постоянное занятие, ставшее сутью человека.