Фамилия Жлобов образована по простой и ясной модели: основа «жлоб» плюс патронимический суффикс -ов, указывающий на принадлежность («чей?» — сын Жлоба). В русских фамилиях этот суффикс самый распространённый, но здесь он присоединяется к основе, которая в современном языке имеет резко негативную окраску. Однако в старину слово «жлоб» не несло того смысла, что сегодня.

В древнерусских говорах жлобом называли скупого, жадного человека, но также и неуклюжего, грубого, неотёсанного мужчину. В некоторых регионах слово фиксировалось в значении «скряга» или «прижимистый хозяин». Прозвище Жлоб могли дать человеку с соответствующим характером или манерой поведения. Важно понимать: прозвища на Руси были обиходными и не всегда осуждающими — ими могли называть «для отличия», без злого умысла.

География фамилии тяготеет к центральным и южным областям России, особенно к бывшим Курской, Орловской и Воронежской губерниям. В этих местах слово «жлоб» было в ходу в крестьянской среде, и фамилия встречается заметно чаще, чем, скажем, на Русском Севере. Это косвенно подтверждает, что прозвище бытовало именно в южновеликорусских говорах.

С точки зрения словообразования фамилия Жлобов стоит в одном ряду с такими, как Жадов (от «жадный»), Скупов (от «скупой») или Хитров (от «хитрый»). Все они — «характерологические» прозвища, называвшие человека по его внутренним качествам. Других версий происхождения, сколько-нибудь серьёзных, нет: связь с географическим названием или иноязычным корнем маловероятна.

Носителей фамилии среди исторических деятелей или знаменитостей не зафиксировано — она оставалась в основном крестьянской и мещанской. В дореволюционных переписях Жлобовы встречаются среди государственных крестьян и однодворцев, что типично для южных уездов. Так что предки современного Жлобова, скорее всего, были простыми земледельцами, получившими фамилию от прозвища своего предка — может, не самого щедрого, но уж точно запоминающегося.