Фамилия Жулюкин — редкий пример, где за простой основой скрывается сразу несколько возможных историй. В её центре — прозвище Жулюка, а суффикс -ин указывает на принадлежность: буквально «сын Жулюки» или «человек из рода Жулюки». Такая модель типична для северных и центральных областей России, где фамилии на -ин образуются от основ на -а или -я.

Самая очевидная версия связывает Жулюку с глаголом жулить — «плутовать, обманывать». Прозвище могли дать человеку с хитрым, изворотливым характером или склонностью к мелким аферам. Но здесь есть ономастический нюанс: фамилии с таким корнем обычно фиксируются в говорах, где «жуля» или «жулик» означали не только мошенника, но и просто проныру или ловкача без криминального оттенка.

Вторая версия — охранительная. В русской традиции родители нередко давали ребёнку «плохое» прозвище, чтобы обмануть злых духов: назвали Жулюкой — значит, вырастет честным и открытым. Такая практика была особенно распространена в крестьянской среде, и фамилия Жулюкин могла возникнуть именно из этого оберега, а не из реальных качеств предка.

Третья гипотеза отталкивается от глагола жулиться — «жаться, морщиться, ежиться». В диалектах это слово описывало робкого, стеснительного или пугливого человека. Прозвище Жулюка в таком случае досталось бы тому, кто постоянно сутулился, прятал взгляд или сжимался от страха. Эта версия менее популярна, но лингвистически обоснована: корень жул- в значении «сжиматься» фиксируется в ряде говоров.

Спор между версиями решается просто: в пользу «жулить» говорит активное бытование этого глагола в русском языке, тогда как «жулиться» — более узкая диалектная форма. Однако обе гипотезы не противоречат друг другу — прозвище могло возникнуть в разных регионах независимо.

Фамилия встречается крайне редко, и её география не позволяет сделать однозначных выводов о сословной принадлежности. Скорее всего, Жулюкины — потомки крестьян или посадских людей, у которых прозвища закреплялись в качестве фамилий в XVII–XIX веках.