Фамилия Жулинёва — женская форма фамилии Жулинёв. В русской традиции фамилии на -ёв встречаются реже, чем на -ов или -ев, и это сразу бросается в глаза ономасту. Суффикс -ёв указывает на принадлежность: «чей?» — Жулинёв, то есть сын или потомок человека по прозвищу Жуля или Жулин.

Корень здесь — «жул-». Самое прямое и вероятное объяснение лежит на поверхности: в русских говорах «жуля» — это плут, мошенник, хитрый человек. Слово «жулик» в современном языке вытеснило старую форму, но в диалектах и в XIX веке «жуля» было вполне употребительно. Прозвище Жуля мог получить не обязательно вор, а скорее ловкач, изворотливый человек, умеющий обвести вокруг пальца. В крестьянской среде такое прозвище не всегда носило резко отрицательный оттенок — скорее, констатировало характер.

Менее распространённая, но возможная версия — связь с глаголом «жулить» в значении «жать, сжимать, мять», а также «есть жадно, торопливо». В некоторых говорах «жуля» — это тот, кто ест быстро и много, либо человек с небрежной походкой (жулить — идти, прихрамывая). Однако первая версия (от «жулик») выглядит убедительнее, поскольку модель прозвищ по чертам характера в русской антропонимии преобладает.

Суффикс -ин в основе (Жулин) встречается в фамилиях от прозвищ на -а/-я. Фамилия Жулинёв — это притяжательное прилагательное от Жули́н: «Жулин сын» или «из семьи Жулиных». Форма на -ёв, а не на -ов, закрепилась, вероятно, из-за ударения: Жули́н → Жулинёв (под ударением суффикс звучит как -ёв). В документах XIX века могли писать и через «е» — Жулинев, но в живой речи и в современных паспортах ударение падает на последний слог.

География фамилии неширокая: Жулинёвы встречаются преимущественно в центральных областях России (Тверская, Смоленская, Московская губернии) и на юге — в Ростовской области. Это указывает на то, что фамилия сформировалась в среде великорусского крестьянства, а не в северных или сибирских регионах.

Таким образом, предок современных Жулинёвых — человек с прозвищем Жуля, скорее всего, хитрец или ловкач. Фамилия не дворянская, не книжная, а чисто бытовая, народная. В ней нет ни географической привязки к местности, ни указания на ремесло — только меткая характеристика, которую дали предку соседи.