Фамилия Журенкин — один из тех случаев, где суффикс -ин указывает на принадлежность, но основа вызывает вопросы. В отличие от фамилий на -ов/-ев, которые часто образовывались от профессий или мирских имён, -ин чаще крепился к основе, оканчивающейся на -а, -я. Здесь же основа «Журенк» — и это ключ к разгадке. Скорее всего, перед нами не прямое прозвище, а форма, возникшая через промежуточную ступень: сначала существовало прозвище или имя Журеня (уменьшительное от Жур или Жура), а от него уже по модели «чей сын?» — Журенкин. Суффикс -енк- в основе — типичный украинский или южнорусский уменьшительный формант, что сразу выдаёт возможный регион происхождения фамилии: южные области России, Украина или Белоруссия.

Корень «жур» прозрачен и связан с глаголом «журить» — бранить, выговаривать, ворчать. В старину «журом» могли назвать ворчливого, брюзгливого человека, который постоянно делает замечания. Словарь Даля фиксирует слово «жура» именно в значении «ворчун». Таким образом, Журеня — это «сын ворчуна» или сам носитель такого характера. Вторая, менее вероятная версия, отсылает к диалектному «жур» — вид жидкой каши или похлёбки (от глагола «журить» в значении «варить, кипеть»). В этом случае прозвище Журеня мог получить любитель такой еды или тот, кто её готовил, но антропонимическая традиция чаще связывает «жур» с характером, а не с кухней.

Географически фамилия Журенкин не относится к числу широко распространённых. По данным современных исследований, наибольшая концентрация носителей фиксируется в Центральном Черноземье и Поволжье — в Воронежской, Тамбовской, Саратовской областях. Это косвенно подтверждает южнорусскую или украинскую природу основы: именно из этих регионов в XVII–XVIII веках шла активная миграция крестьян на восток. Сословно фамилия, скорее всего, крестьянская или мещанская: прозвища по характеру давали в первую очередь простым людям, а не дворянам, у которых чаще встречались фамилии от имён или географических названий.

Интересная деталь: фамилия Журенкин могла писаться через «о» — Жоренкин. В южных говорах было распространено «оканье», и диалектное произношение «жореня» фиксировалось в письменных источниках XIX века. Однако в итоге закрепился вариант с «у», возможно, под влиянием литературной нормы или переписи, где записывали на слух.