Фамилия Афанов — один из тех случаев, где простое на первый взгляд слово таит в себе сразу две возможные истории. В ней нет редкого суффикса или сложной морфологии: перед нами типичная патронимическая модель на -ов, указывающая на происхождение от личного имени или прозвища предка по мужской линии. Вопрос лишь в том, что стояло в основе — церковное имя или бытовое прозвище.

Первая и наиболее очевидная версия ведет к крестильному имени Афаний. Это просторечная, народная форма канонического имени Афанасий. В русской традиции «аканье» и упрощение групп согласных давали множество вариантов: Офоня, Афоня, Афаня. От последнего и образовалась фамилия Афанов — как «сын Афанасия». Такое происхождение типично для центральных и южных регионов России, где акающий говор был нормой. В этом случае фамилия ничем не примечательна по механизму: она стоит в одном ряду с Афанасьевым, Фадеевым и Фоминым.

Вторая версия менее очевидна, но не менее интересна. Афан — это могло быть не имя, а прозвище. В русских говорах слово «афаня» или «офаня» имело два значения: либо мелкий торговец-разносчик (офеня), либо, по Далю, «простофиля, разиня». Если предок торговал вразнос, его могли прозвать Офаня, а потом фамилия закрепилась в форме Афанов. В пользу этой версии говорит то, что прозвища от рода занятий давались чаще, чем мы привыкли думать, и нередко вытесняли крестильные имена в быту.

Географически фамилия встречается по всей России, но заметно чаще в Поволжье и на юге — там, где офени были обычным явлением. В документах XVII–XVIII веков можно найти крестьян и посадских людей с этой фамилией, но без уточнения сословия сказать что-то определенное трудно. Дворянских родов Афановых в «Бархатной книге» и Гербовнике нет — фамилия однозначно крестьянская или мещанская.

Спор между двумя версиями решается просто: если в вашей семье есть предание о предке-торговце, скорее всего, корень в прозвище. Если же нет — вероятнее всего, вы потомок человека по имени Афанасий, чье имя в быту сократили до Афан. Оба варианта правдоподобны, и оба укладываются в обычную русскую словообразовательную логику.