Фамилию Алексейченков стоит разбирать с конца, а не с корня — именно в её хвосте спрятана главная история. Финальное «-ов» указывает на классическую русскую патронимическую модель: фамилию образовали по отцу. Но центральная часть «-ченков» выдаёт нестандартное происхождение и заставляет заглянуть в историю русских говоров.

Обычная схема превращения имени в фамилию проста: Алексей → Алексеев или Алексеевский. Здесь же цепочка сложнее. Основа «Алексейченк-» — это украинская или южнорусская уменьшительная форма имени Алексей. Суффикс «-енко» на востоке Украины и в прилегающих областях России (Курщина, Воронежчина, Ростовская область) традиционно означал «маленький» или «сын»: Алексейченко — буквально «маленький Алексей» или «сын Алексея». Когда носитель такой фамилии оказывался в среде, где преобладала великорусская модель на «-ов», фамилию адаптировали, добавив ещё один патронимический суффикс. Так «Алексейченко» превратилось в «Алексейченков» — двойное указание на родство, что для русского уха звучало привычнее. Это редкий случай, когда ономастика фиксирует наслоение двух разных традиций имяобразования в одной фамилии.

Исходное имя Алексей (от греческого «защитник») в народной среде давало множество ласкательных и полуофициальных форм: Алёша, Лёша, Лексей, Олексей. Форма «Алексейченко» встречается в документах XVII–XVIII веков среди казаков и однодворцев — то есть свободных крестьян, нёсших пограничную службу. Именно в этой среде была сильна традиция называть сына по отцу в уменьшительной форме, а затем закреплять это прозвище за всем родом. Однодворцы, например, долго сохраняли обычай передавать прозвище по младшему сыну, что делало фамилии вроде Алексейченков особенно устойчивыми в южных уездах.

Таким образом, предок носителя фамилии Алексейченков, скорее всего, был не просто Алексеем, а Алексеем младшим (Алексейченко) в своей общине. Когда его потомки переселились севернее или попали под перепись, проводившуюся по московским образцам, фамилию «подогнали» под единый стандарт, добавив «-ов». Географически фамилия до сих пор чаще встречается в Белгородской, Воронежской и Ростовской областях, реже — в центральных регионах. Это типичный пример того, как миграция и административная унификация «перекроили» украинскую по происхождению фамилию на русский лад, сохранив при этом её исходную уменьшительную сердцевину. Если встретите Алексейченкова в переписях XIX века, почти наверняка его предки записаны как Алексейченки — без «-ов», в документах Войска Донского или однодворческих сказок.