Фамилия Алетин редка и неочевидна. На первый взгляд она кажется простой по модели: основа плюс суффикс -ин, который в русских фамилиях указывает на принадлежность («чей?» — сын Алеты). Но загвоздка в том, что имени или прозвища Алета в крестильных святцах нет, так что корень нужно искать иначе.

Самая вероятная версия — неканоническое прозвище Алета. В русских говорах «алый» значило «красный», «румяный», «красивый». Человека с ярким румянцем, рыжими волосами или просто заметной внешностью могли прозвать Алетой — по аналогии с уменьшительно-ласкательными формами вроде «Алёша», но без суффикса. Суффикс -ин здесь работает стандартно: Алета → Алетин, то есть «сын Алеты». Это правдоподобное объяснение: прозвища по цвету волос или кожи в крестьянской среде были повсеместны. Ономасты вроде Б. Унбегауна отмечали, что фамилии на -ин часто возникали именно от таких бытовых прозвищ, а не от крестильных имён.

Есть и другая, более редкая гипотеза — от греческого имени Алет (Aletes), героя древнегреческих мифов, потомка Геракла. В православные святцы это имя не попало, но в южнославянских и греческих землях встречалось. Если у предка были балканские корни или он был связан с духовенством, теоретически это возможно. Но для русского ономастикона версия маргинальна: фамилий на -ин от греческих имён в России единицы, и почти все они — производные от крестильных (например, Фотин). Словарь Веселовского таких примеров не фиксирует.

Географически фамилия тяготеет к центральным и южным областям России, но встречается редко. В дореволюционных переписях она не фигурирует как массовая — это говорит о локальном происхождении, скорее всего, от одного прозвища в конкретной деревне. Сословно предки могли быть крестьянами или мещанами: фамилии на -ин в этой среде преобладали. Если отталкиваться от прозвищной версии, первый носитель — человек, которого в округе знали как Алету. Что именно стояло за этим прозвищем — цвет волос, характер или иная примета — мы уже не узнаем, но словообразовательная модель не оставляет сомнений: фамилия не искусственная, а бытовая, из живой речи.