Фамилия Амельго — редкая, и её происхождение не лежит на поверхности. Скорее всего, она не исконно русская, а имеет западноевропейские или еврейские корни, попав в русскоязычную среду через миграцию или по документам. Чтобы понять её значение, нужно отбросить привычные русские суффиксы -ов, -ин, -ский: их тут нет, а значит, фамилия застыла в форме, близкой к исходной.

Самая вероятная версия — фамилия образована от итальянского прозвища или топонима. В итальянском языке есть слово «amelga» (амельга) — так на севере Италии называют тип плуга или сохи, а также борозду. В диалектах Ломбардии и Пьемонта «amelgo» могло означать «пахарь», «земледелец» или «тот, кто ходит за плугом». Фамилия могла закрепиться за крестьянином или ремесленником, чья работа была связана с обработкой земли. В пользу этой версии говорит и окончание на -о, типичное для итальянских фамилий (ср. Бьянко, Россо, Грилло).

Вторая гипотеза — испанское или португальское происхождение. В этих языках есть слово «amelga» (от лат. «amalgama» — сплав, смесь), но в переносном смысле оно могло означать «сборный», «смешанный» или даже прозвище человека, который сводил вместе людей или товары. Однако это значение менее конкретно и встречается реже.

Третья, менее вероятная версия — еврейское происхождение. В ашкеназской среде фамилии на -го (Амельго, Берго, Гольдго) иногда возникали как сокращения от немецких слов, но здесь основа «Амель» не даёт ясной этимологии. Возможно, это вариант фамилии Амелькин или Амельченко, но с изменённым окончанием при переезде.

Географически фамилия Амельго встречается единично в России, на Украине и в Беларуси, но чаще — у потомков итальянских или испанских эмигрантов в Южной Америке. В русских архивах она могла появиться через браки или переселение иностранных специалистов (например, итальянских строителей или земледельцев) в XIX — начале XX века.

Словообразовательно фамилия стоит особняком: в ней нет русского патронимического суффикса, что указывает на её заимствованный характер. Если ваши предки носили фамилию Амельго, скорее всего, они не были крепостными крестьянами центральной России, а имели связь с южноевропейскими мигрантами — возможно, итальянцами, работавшими на юге империи.