Фамилия Андрийцив — яркий пример того, как украинская антропонимия «собирает» человека по отцу, причём не по литературной норме, а по живому говору. Её основа — имя Андрий, западноукраинский и диалектный вариант канонического Андрей (от греческого «андрос» — мужчина, муж). В литературном украинском языке закрепилась форма Андрій, но в говорах Галичины, Буковины и Закарпатья издавна бытует «Андрий» с твёрдым [ы] на конце. Именно этот местный, нестоличный вариант и лёг в основу фамилии.

Ключевая особенность — суффикс -ив, который в русской транслитерации превратился в -цив. В украинском языке фамилии на -ив (-їв) выполняют ту же функцию, что русские на -ов: отвечают на вопрос «чей?». Андрийцив буквально означает «Андриев» — сын или потомок человека по имени Андрий. Такая модель особенно характерна для западных регионов Украины: во Львовской, Ивано-Франковской, Тернопольской областях фамилии с этим окончанием встречаются сплошь и рядом. В русском языке суффикс трансформировался в -цив, потому что украинское окончание -ив неудобно для русской грамматики (склонялось бы по образцу «Иванов» — «Иванова»), а форма на «-цив» застыла в исходном падеже, как неделимое целое.

Социальный контекст здесь простой и прямой: предок-носитель был, скорее всего, крестьянином или мещанином. Фамилии на -ив в массе своей закрепились за непривилегированными сословиями в XVI–XVIII веках, когда Речь Посполитая проводила массовую фиксацию населения. Шляхта предпочитала фамилии на -ський (-ский), а простой люд получал прозвища по отцу. Поэтому Андрийцив — это буквально «сын Андрия» из сельской общины, где отчество со временем стало родовым именем.

Написание фамилии нестабильно и зависит от языка документа. В украинских текстах она пишется як Андрійців (через «і»), но в русскоязычной среде закрепилась транслитерация Андрийцив или Андрийцов. Встречается и вариант Андрийцев — с русским суффиксом -ев, что показывает адаптацию фамилии на востоке, где её пытались подогнать под привычную модель склонения. В целом, это редкая фамилия, не входящая даже в первую сотню распространённых украинских фамилий, что объясняется её узкой диалектной привязкой: она маркирует происхождение из конкретного говора, а не из широкой языковой нормы.