Фамилия Аполап — редкая и неочевидная. На первый взгляд она напоминает греческое «Аполлон» или что-то связанное с античностью, но на деле её корни, скорее всего, чисто русские, крестьянские и прозвищные. В ономастике такие фамилии называют «говорящими»: они прямо указывают на манеру поведения, внешность или занятие предка.

Разбираем слово. Основа «аполап» звучит как «опалап», «ополоп» или «оболоп» — в русских говорах это означало «простофиля», «разиня», «недотёпа». Слово «опалап» встречается в диалектах северных и центральных областей России, особенно в архангельских и вятских говорах. Человек, получивший такое прозвище, вероятно, был медлительным, рассеянным или неуклюжим — в деревне такие черты быстро замечали и закрепляли в уличном имени.

Суффикс в фамилии нулевой — это типичная модель для прозвищных фамилий, которые не успели обрасти типовыми окончаниями (-ов, -ин). В русской ономастике фамилии без суффикса (чистые основы) встречаются реже, но они особенно характерны для юга России и Украины, а также для казачьих областей. Однако Аполап — скорее северный вариант, где фамилия могла закрепиться в форме прозвища как такового, без дополнительного оформления.

Интересно, что написание через «А» (а не «О») — результат аканья, то есть произношения, свойственного московским и южнорусским говорам. В документах XVIII–XIX веков такую фамилию могли записать на слух: писарь слышал «Аполап», хотя корень был «опалап». Это не ошибка, а норма для того времени — орфография часто отражала живую речь.

Есть и вторая, менее вероятная версия: связь с греческим «аполауо» (ἀπολαύω) — «наслаждаться», «получать удовольствие». Но для русской фамилии это слишком книжно. Такое имя могли дать в семинарии, но тогда фамилия выглядела бы иначе — Аполавский, Аполапский. Аполап без суффикса — это именно прозвище, а не искусственное образование.

Таким образом, предок носителя фамилии Аполап — скорее всего, крестьянин или посадский человек из северных или центральных губерний, получивший уличное прозвище за простодушие или нерасторопность. Фамилия сохранила звучание живой народной речи и написание, которое закрепилось в эпоху, когда писали «как слышали».