Фамилия Арнаутов — это не просто «кто-то из албанцев», а целый клубок значений, который менялся вместе с историей. Исходное слово «арнаут» действительно пришло из турецкого (Arnavut) и изначально было этнонимом: так в Османской империи называли албанцев, а позже — солдат иррегулярных пограничных войск. Но в русском языке, особенно в эпоху русско-турецких войн, слово приобрело резко негативный оттенок. Арнаутом стали называть не просто иноверца («басурмана», «нехристя»), но и вообще злого, лютого человека. Эта бранная окраска — ключевая деталь, которую часто упускают.

Словообразовательная модель типична для русских фамилий: суффикс -ов указывает на принадлежность («сын Арнаута»). Однако прозвище Арнаут в XVI–XVII веках могло быть дано не только по этническому признаку, но и по характеру — за свирепый нрав или внешнее сходство с турками-арнаутами.

Самые ранние документальные свидетельства по фамилии записаны у С. Б. Веселовского. В начале XVII века поместье в Угличе получил Афанасий Дмитриевич Арнаутов. В 1612 году в Болхове упоминаются Василий Андросович и Мялонд Иванович Арнаутовы. Это не случайные люди: уже в конце XVI века в Орловском уезде существовал древний русский дворянский род Арнаутовых, ведущий начало от Анисима Мартыновича Арнаутова. Этот род был записан в VI часть родословной книги Ярославской губернии, что говорит о его столбовом дворянстве — то есть о доказанном благородном происхождении до 1685 года.

Таким образом, фамилия Арнаутов не является поздним заимствованием. Её носители в России — не потомки албанских переселенцев, а русские служилые люди, получившие прозвище, которое со временем закрепилось как фамилия. Социальный контекст здесь важнее этнического: в основе лежит либо прозвище по отцу-воину, либо насмешливо-бранное именование, которое парадоксальным образом стало основой для дворянского рода.