Фамилия Августин — одна из тех русских фамилий, которые выдают церковное, а точнее — латинское происхождение. В отличие от подавляющего большинства русских фамилий на -ов, -ев или -ин, образованных от прозвищ или мирских имён, Августин восходит напрямую к календарному имени Августин. Это имя попало в православные святцы из латыни, где Augustinus означает «принадлежащий Августу», то есть «священный», «величественный». В России оно никогда не было массовым, но встречалось в среде духовенства: монахи и священники нередко получали при постриге или рукоположении редкие, «учёные» имена, чтобы отойти от крестьянских Иванов и Петров.

Словообразовательная модель здесь проста и необычна для русской ономастики. Фамилия Августин — это не суффиксальное образование от прозвища (как, например, Иванов от Иван), а застывшая форма самого имени в родительном падеже? Нет, здесь иначе: в русской традиции фамилии на -ин образуются от основ на -а/-я (Пушкин — от Пушка, Ильин — от Илья). Но Августин — это не «сын Августы», а прямая транслитерация латинского имени Augustinus. То есть фамилия совпадает с исходным именем без каких-либо добавочных суффиксов. Такое встречается редко и обычно указывает на позднее происхождение — скорее всего, XVIII–XIX век, когда семинаристы и священники брали себе фамилии прямо из святцев, без переделки на русский лад.

Географически фамилия Августин рассредоточена, но заметных гнёзд не образует. В дореволюционных метрических книгах она встречается в центральных губерниях России, а также на западе — в регионах, где было сильное польское и украинское влияние, ведь в католической традиции имя Августин (Августин, Augustyn) популярнее. В советское время фамилия стала светской, но осталась редкой: по данным современных исследований, в России её носит не более нескольких сотен человек, и это скорее случайные носители, потомки тех самых священников или, реже, выходцы из польских и литовских дворянских родов.

Есть и альтернативная, хотя и менее вероятная, версия: в некоторых случаях фамилия могла возникнуть как русификация немецкой фамилии Augustin, которую привозили с собой переселенцы-немцы (например, поволжские колонисты). Но для этого нужно, чтобы предок был именно немцем, а не православным священником, — а таких случаев в архивах зафиксировано меньше. Спор здесь решается просто: если в роду были церковные служители, версия с семинарским происхождением почти наверняка верна. Если же фамилия передавалась в крестьянской или мещанской среде без связи с церковью, стоит искать немецкий след.