Фамилия Бадекины — пример того, как за привычным русским окончанием -ин может скрываться прозвище с неожиданными корнями. Основа фамилии — личное прозвище Бадек. Слово «бадек» многозначно, и ономасты предлагают несколько версий его происхождения.

Наиболее бытовая гипотеза связывает прозвище с украинским «баденя» — лужа, канава. В таком случае Бадеком в народе могли прозвать неопрятного человека, грязнулю. Прозвища по внешнему виду и привычкам — один из древнейших пластов русской антропонимии, и эта версия выглядит самой прямой и правдоподобной.

Менее очевидная, но любопытная версия отсылает к слову «бадек» как названию кинжала с индонезийского острова Сулавеси. Такое прозвище мог получить путешественник, купец или коллекционер, привезший диковинное оружие. Однако эта гипотеза уязвима: маловероятно, чтобы экзотический предмет из далёкой Океании стал основой для прозвища в русской деревне, где фамилия и закрепилась. Скорее всего, это позднее книжное сближение.

Есть и третья версия — от болгарского наречия «бадева» (зря, напрасно, даром). Прозвище Бадек могли дать человеку, который часто делал что-то впустую или жил бесхозяйственно. Но и эта связь слабее первой: болгарское влияние на русские говоры было ограниченным.

Суффикс -ин в фамилии Бадекин указывает на принадлежность: «чей?» — сын Бадека. Такая модель была типична для центральных и северных русских земель. О точном времени и месте возникновения фамилии судить трудно: процесс становления фамилий у крестьян растянулся на несколько столетий. Ясно одно: в основе фамилии лежит прозвище, данное по внешнему признаку или особенности поведения, а не по профессии или имени в крещении.