Фамилия Бардыкова — женская форма фамилии Бардыков, и её происхождение напрямую связано с мужским прозвищем или именем Бардык. В основе лежит тюркское слово «бардык» (или «бардак»), которое в разных диалектах означало «кувшин», «сосуд для вина» или «небольшой бурдюк». Однако прозвище Бардык вряд ли давали гончару или торговцу посудой: в переносном смысле так могли назвать человека невысокого роста и плотного телосложения, «пузатого», похожего на округлый кувшин. В некоторых говорах слово «бардак» также связывали с беспорядком и шумом, но для фамилии эта версия менее вероятна — прозвища по внешности встречаются гораздо чаще.

Интересно, что фамилия Бардыков (и Бардыкова) имеет заметный географический след. Она встречается не повсеместно, а тяготеет к южным и восточным регионам России — в Поволжье, на Урале и в Сибири. Это объяснимо: именно там было сильно влияние тюркских языков, и русские охотно заимствовали бытовые слова для прозвищ. В документах XVI–XVII веков, например в разрядных книгах, упоминаются служилые люди с фамилией Бардыков — казаки и стрельцы, охранявшие южные рубежи. То есть предки носительниц этой фамилии могли быть не крестьянами, а «людьми государевыми»: вольными переселенцами или сторожевыми казаками.

Суффикс -ов в основе мужского варианта указывает на типичную русскую модель образования фамилий от прозвищ: «чей сын?» — Бардыков. Женская форма Бардыкова, соответственно, означает «жена или дочь Бардыкова». Никаких дворянских корней у этой фамилии нет — она из разряда «простонародных», хотя и не крестьянских, а скорее служилых. Встречается также редкий вариант с ударением на последний слог — Бардыко́ва, но в большинстве говоров ударение падает на первый слог: Ба́рдыкова.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями, то Бардыкова стоит в одном ряду с Бардиным, Бардаковым и Бардуковым. Все они восходят к тюркским корням, но различаются суффиксами и диалектными формами. Бардыкова — одна из тех фамилий, что сохранили в себе не только имя предка, но и бытовую картину той эпохи, когда русский язык легко вбирал в себя слова соседей, превращая их в прозвища.