Фамилия Басман необычна тем, что её основа — не имя и не географическое название, а слово с чётким ремесленным значением. В русском языке «басман» — это хлеб, который пекли из остатков теста, вторично (от тюркского «басма» — «оттиск, печать»). Но у этого слова была и другая жизнь: в Московской Руси басманом называли мастера, который делал тиснёные украшения на окладах икон и книгах — «басменное дело». То есть носитель фамилии мог быть либо пекарем, либо ремесленником-чеканщиком.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ов/-ев тут отсутствует, фамилия представляет собой чистую основу без патронимического окончания. Такая форма встречается реже, чем Басманов, и характерна для прозвищных фамилий, которые закрепились в документах без переосмысления. Если бы предка звали «Басман» — по занятию или по привычке печь такой хлеб, — то потомки могли получить фамилию прямо в этом виде, без добавления суффикса. В некоторых говорах слово «басман» также означало «обжора» или «неуклюжий человек», но это, скорее, вторичное переносное значение, а не первичная основа.

Географически фамилия встречается нечасто, но прослеживается в центральных и южных областях России — там, где было развито ремесленное производство и хлебопечение. Известный однофамилец — Александр Басман (род. 1953), российский государственный деятель, что подтверждает живую традицию фамилии. В словаре Б. Унбегауна «Русские фамилии» Басман не выделен отдельно, но он рассматривает модель Басманов как типичную для прозвищ от ремесленных терминов. Таким образом, фамилия Басман — редкий пример, когда прозвище не обросло стандартным суффиксом, а сохранилось в исходной форме, что делает её особенно ценной для историка языка.