Фамилия Батурина образована от мужского прозвища Батура. В русских говорах слово «батура» имело несколько значений. В одних регионах так называли упрямого, несговорчивого человека — того, кто стоит на своём, «как баран». В других — высокого, видного человека, «богатырского» роста, похожего на каланчу. Оба варианта вполне могли стать основой прозвища, и сейчас уже не определить, какой из них послужил источником для конкретной семьи.

Само прозвище Батура встречается в исторических документах как минимум с конца XV века. В словаре Степана Веселовского есть запись о новгородском крестьянине по имени Батура, датированная 1498 годом. Это одно из ранних упоминаний, показывающее, что прозвище бытовало среди крестьянского населения.

Фамилия Батурина — это форма женского рода. Мужской вариант — Батурин. По модели образования она относится к самому распространённому типу русских фамилий: к основе (прозвищу Батура) добавили суффикс -ин, указывающий на принадлежность. Первоначально Батурин означал «сын Батуры» или «человек из семьи Батуры».

История фамилии не ограничивается крестьянской средой. Известен дворянский род Батуриных. По семейному преданию, его основателем был некий Батучерда, выехавший на службу в Россию в 1492 году. Версия эта, скорее всего, легендарная, но она фиксирует раннее появление фамилии в среде служилых людей.

Среди носителей фамилии встречаются заметные фигуры русской истории и науки. Пафнутий Сергеевич Батурин (1740–1803) — российский просветитель, придерживавшийся идей деизма. Владимир Петрович Батурин (1902–1945) — геолог, доктор геолого-минералогических наук. Эти примеры показывают, что фамилия не была привязана к одному сословию.

Если разбирать словообразовательную модель, то суффикс -ин указывает на краткое притяжательное прилагательное. Такие фамилии в основном возникали от прозвищ или имён, оканчивающихся на -а, -я. В данном случае всё прозрачно: Батура → Батурин. Редких или спорных суффиксов здесь нет, что типично для фамилий центральной России.

Таким образом, фамилия Батурина восходит к прозвищу, которое могло описывать либо характер, либо внешность предка. Документально прослеживается с конца XV века, а в качестве фамилии — с XVI столетия.