Фамилия Батютины, на первый взгляд, кажется простой и понятной, но при ближайшем рассмотрении таит в себе неожиданный поворот. Самое очевидное — связать её со словом «батюшка», то есть с отцом, священником или почтительным обращением. Однако прямой суффикс -ин указывает на происхождение от личного имени или прозвища, а не от должности. Батюта — это и есть та самая основа.

В русской ономастике форма Батюта — это ласкательный или уменьшительный вариант крестильного имени Варфоломей (арамейское «сын вспаханной земли», «сын Птоломея»). В народном произношении оно сокращалось до Батюта, как, например, Федот от Феодор или Миня от Минай. Такая модель образования фамилии типична для северных и центральных губерний России: от уличного, домашнего имени через притяжательный суффикс -ин (чей? — Батютин сын) и закреплялась за потомками.

Менее распространённая, но не менее правдоподобная версия выводит Батюту из диалектного глагола «батютить» — говорить басом, гудеть, издавать низкий звук. В таком случае прозвище могли дать человеку с низким, густым голосом или, в переносном смысле, ворчуну, который постоянно «гудит» недовольство. Эта гипотеза объясняет редкую огласовку корня (Батюта, а не Батюшка) и не привязывает фамилию исключительно к церковной среде.

С географической точки зрения фамилия Батютины встречается не повсеместно, а тяготеет к регионам бывшего Владимирского и Костромского княжеств, а также к Вологодчине. В писцовых книгах XVI–XVII веков можно встретить упоминания крестьян Батютиных, что говорит о её древнем, допетровском происхождении. Среди дворянских родов эта фамилия не числится, что подтверждает её крестьянские или посадские корни.

Особенность фамилии — в её созвучии с церковным титулом. В XIX веке это могло создавать курьёзные ситуации: крестьянин Батютин, чей предок был просто Варфоломеем по прозвищу, мог восприниматься окружающими как «сын батюшки», хотя никакого отношения к духовенству не имел. Таким образом, за внешней «церковностью» фамилии Батютины стоит либо народная переработка редкого апостольского имени, либо прозвище по голосу — и то и другое уводит нас в быт и язык Древней Руси, а не в ризницу.